Что_пожелать_бегуну

Что_пожелать_бегуну

Новогодние пожелания бегуну

28 Декабря 2016

В канун Нового года мы решили поделиться пожеланиями, которые хотел бы услышать каждый бегун в праздничную ночь.

В канун Нового года мы решили поделиться пожеланиями, которые хотел бы услышать каждый бегун в праздничную ночь. Выбираем и запоминаем!

– Желаю, чтобы пульсометр не разрядился во время ответственного старта.
– Желаю вкусных и питательных гелей на дистанции.
– Пусть не будет забытых булавок и номеров в день забега в новом году.
– Желаю не пропустить ни одну регистрацию на соревнования.
– Удачи при попытке зарегистрироваться первым.
– Желаю, чтобы ноги не сводило на дистанции.
– Желаю плоских и быстрых трасс без сильного ветра.
– Пусть техника бега станет идеальной в новом году.
– Желаю самой громкой поддержки на забегах.
– Желаю, чтобы фотографии с соревнований набрали много «лайков».
– Пусть новые кроссовки будут служить долго.
– Желаю гречки вкусной на финише и чая сладкого на всех забегах в следующем году.
– Желаю не проспать в день марафона.
– Удачи в лотерее при регистрации на забег в новом году.
– Желаю, чтобы километры бегового объема набирались легко и беззаботно.
– Желаю только солнечной погоды в соревновательный день.
– Пусть пейсмейкеры будут поддерживать и приходить точно вовремя на финиш.
– Желаю, чтобы шнурки не развязывались на забегах.
– Желаю, чтобы не перекидывало во Внуково во время пробежек по центру Москвы.
– Здоровья и новых личных рекордов!

Что пожелать бегуну

Алексей Соколов – личность в марафонской мире достаточно известная. Уже почти девять лет он является рекордсменом России в беге на марафон. В 2007 году в Дублине Алексей побил национальный рекорд Леонида Швецова (2.09.16), который держался с 1997 года (2:09.07 – А. Соколов). Кроме того, Алексей участвовал в Олимпийских играх 2008 года в Пекине и был там 21-м. Сегодня он тренирует профессионалов и любителей в команде ЦиклON.

— Леша, как считаешь: ты полностью реализовал себя в марафоне? Или мог бы показать более высокий результат? Как сам чувствуешь? Я понимаю, что в спорте нет места сослагательному наклонения, но давай порассуждаем.

— Вот именно – если бы да кабы… (подумав) По прошествии времени, анализируя то, что было, при каких условиях бежал Дублин и несколько других марафонов, конечно, кажется, что реализовался не полностью. Да и тогда казалось, что не до конца, но сегодня я всё-таки кое-что поменял бы в своей спортивной жизни. Во-первых, о трассе в Дублине. После того, как я пробежал там по рекорду страны, это место стало привлекать и других наших спортсменов: все ехали и думали, что сейчас там легко и быстро пробегут. Но потом от многих слышал, что трасса вообще не «бегучая». И Юра Абрамов (российский марафонец), которого ты хорошо знаешь, ездил туда на марафон, потом мне позвонил и сказал: «Слушай, бежал бы ты по нормальной трассе где-нибудь во Франкфурте, это было бы 2.07». Об этом мне сказал и один кениец после финиша в Дублине, когда я пробежал 2.09.07 (он отстал от меня на последней пятерке на 1.5 минуты): «Бежал бы во Франкфурте, было бы 2.07».

— Чем сложна дублинская трасса марафона?

— Во-первых, рельефом. Во-вторых, довольно сильный ветер из-за близости к морю. Но в основном как раз из-за рельефа многие отклоняют ее при выборе марафона. Тем не менее, так как по технике у меня достаточно силовой бег, то раньше такие трассы для меня не создавали трудностей. Поэтому особо этого, наверное, и не замечал. Хотя непосредственно на результате это все равно сказывается. И конечно, есть сожаление, что я бежал не по быстрой трассе. Я вообще часто стартовал в Дублине. А на скоростные трассы и не выходил. Один раз бежал Лондонский марафон весной 2008 года, но, к сожалению, как бы это смешно ни звучало, мне не разрешили там бежать быстро. А я тогда хотел снова обновить рекорд страны. В общем-то, практически каждым стартом в то время я готовился бежать на рекорд, но к Лондону был, действительно, силён. Однако руководство нашей Федерации сказало: «Если ты пробежишь быстро, то будешь «мертвый» к Олимпиаде, а нам это не надо. И тогда мы тебя туда не возьмем». Не смотря на то, что норматив есть. В общем, поэтому я был вынужден сдерживать себя. Это была моя первая Олимпиада, и мне очень хотелось на неё попасть.

— Да уж, печальная зависимость спортсмена от руководства…

— Той весной меня долго терзали, еду я или не еду на Олимпиаду в Пекин. Сначала вообще запрещали стартовать. Потом разрешили, но «с рекомендацией» показать результат в районе 2.14. А ты сама понимаешь, когда бежишь по быстрой трассе, например, в Лондоне, то хочется бежать именно на хороший, быстрый результат. В итоге я пробежал 2:11.40: ни туда, ни сюда. Поэтому сейчас уже, конечно, по прошествии лет, думаю: может быть, стоило все-таки не слушаться и бежать так, как хотел? Но это снова, как говорится, если бы да кабы…

— В итоге в Пекине как ты пробежал?

— В районе 2.15 и был 21-м. Далеко от того, что хотел.

— Но там, мне кажется, было сложно в плане акклиматизации, воздух тяжелый, смог. Плюс, жара. В общем, тяжело для длинных дистанций.

— Когда мы стартовали, было +24 градуса, когда финишировали +30. На солнце, соответственно, было жарче. А так как мы бежали по широкой дороге, то были, в общем-то, все время под солнцем. Вопрос в другом. Нас должны были привезти туда ближе к старту, чтобы мы не попали в акклиматизацию. Но потом руководство приняло такое решение, что незачем разъединять нас с остальными группами наших спортсменов, и мы оказались там за пять дней до марафона. Получилось, что мы стартовали как раз в день акклиматизации. И так как там довольно жарко, то мне, например, было тяжело. Плюс, у меня со сном были серьезные проблемы: я постоянно не высыпался, в том числе, из-за жары. И за эти дни у меня форма довольно сильно истрепалась. На этом уровне важна каждая мелочь. Хотя я считаю, что перед Олимпиадой я набрал самую сильную форму за все время, которая вообще была у меня. И это как раз одно из тех сожалений, которое и сейчас не отпускает: не получилось реализовать тот потенциал.

Читайте также:  Быстрый_способ_увеличить_грудь

— А через четыре года вопрос с твоим отбором на Олимпийские игры в Лондоне оказался прямо противоположным. Руководство не устроил твой «слабый» результат на марафоне. Так?

— Именно так. В 2011 году я пробежал три марафона: в апреле – в Цюрихе за 2.10.23, в сентябре – на чемпионате мира в Дэгу за 2.16.23 и в декабре – в Фукуоке за 2.14.00. Так вот, благодаря моему последнему, «слабому» результату меня даже не рассматривали в качестве кандидата в олимпийскую сборную. Руководство нашей федерации решило, что не готов, спёкся и до свидания. В общем-то, меня так же не брали и на чемпионаты Европы. Даже несмотря на то, что я каждый год выходил на уровень 2:10.30, и показывал такие результаты лет пять подряд. И все равно. Руководство считало, что если я на каком-то старте не пробежал, то всё, можно списывать. Плюс, как правило, ставки делаются на более молодых.

— А «на каком-то старте» – это на каком? Какие были официальные требования?

— Требования непосредственно ИААФ – выполнение норматива быстрее 2:19.00 в течение двух лет до Олимпийских Игр.

У нас же, в России, свои критерии отбора. В большинстве случаев устанавливают сроки, чаще сентябрь-май, в течении которого необходимо выполнить установленный норматив на марафонах серии «А». При данном отборе прогадывают те, кто бегут на официальном старте в составе сборной, так как не могут успеть отдохнуть и подготовиться к осенним стартам.

Есть так же и «поблажки» для участников: попадание в двадцатку на чемпионате мира уже дает право ехать на Олимпийские игры вне зависимости от результата. Сильный результат показать там довольно сложно, так как проводится в весьма жаркое время года. На чемпионате мира в Дэгу я был 19-м (4.09.2011 г.) и имел весенний результат быстрее 2.10.30

— А теперь давай с тобой поговорим, как с тренером. С тех пор, как ты бегал сам, и сейчас, когда ты тренируешь, времени прошло немного. Но сегодня все процессы, и глобальные, в мире, и в спорте тоже, очень ускоряются. С твоей точки зрения, в плане методики подготовки к марафону что-то изменилось? Или ты сейчас тренируешь по тем же схемам, по каким ты сам занимался?

— Я тренирую по тем схемам, по которые бегал сам, просто потому, что они работают. Но этих схем много: моя спортивная жизнь была достаточно долгой и опыта накопилось не мало. Поэтому все равно схемы регулярно меняю: по одной и той же методике, насколько бы хорошей она ни была, нельзя тренировать постоянно. Потому что организм перестает реагировать в той степени, которая требуется для улучшения результата. При постоянном повторения схемы тренировок необходимого функционального отклика не будет. Регулярно возвращаюсь и к методикам, которые были еще в группе у Шадрина Евгения Васильевича (первый тренер), и которые применял Леонид Швецов в работе со мной (тренер А. Соколова с 2005 и несколько лет), а также которые возникают вследствие того, что сейчас узнаю что-то новое. Пробую, экспериментирую постоянно. Нет одного шаблона, пригодного всем спортсменам. И для каждого человека каждый раз это всегда эксперимент. И надо смотреть, как организм спортсмена среагирует. В отношении профессионалов эксперименты в большей степени подходят. В отношении же любителей главное – не навредить. Как у врачей. Поэтому когда приходят люди с какими-то заоблачными целями и говорят: «Подготовь меня к марафону за два месяца! Я готов на всё!» В этом случае проще отказаться, чтобы не шло, прежде всего, в ущерб самому человеку, так как он, скорее всего, просто не осознает всей важности нормальной планомерной подготовки, и чтобы это было не в ущерб моей репутации и репутации компании, в которой я работаю.

— Как ты стал смотреть на спорт, когда стал тренером? Что изменилось во взглядах на тренировочный процесс, на длинные дистанцию в позиции извне?

— Абсолютно по-другому стал смотреть. Одно дело, когда ты обладаешь какими-то умениями и навыками, и совсем другое – когда пытаешься применить ещё и теоретические знания и организовать сам тренировочный процесс для разных групп, иногда многочисленных. Появилось очень много интеллектуальной работы. Надо не просто иметь в голове кучу знаний и с умным видом размышлять и рассуждать, а ещё уметь систематизировать, что-то вычленять, за чем-то наблюдать. Если говорить о любительском спорте, то он ближе к детскому (да не обидятся на меня любители!). Здесь я имею в виду вот что. Во-первых, из-за научно-технической революции и соответствующего образа жизни, мало подвижного, у людей происходит смещение костей таза, атрофия мышц, связок, которые, в первую очередь надо научить заново работать. Поэтому идёт работа практически с нуля: подготовка опорно-двигательного аппарата, сердечно-сосудистой системы. Для ССС это медленный бег в спокойных восстановительных зонах, на пульсе до 140-145 ударов в минуту. Миокард не развит, поэтому приходится много внимания уделять именно ему, в отличие от профессионалов. У них уже достаточно набеганности, и они не наносят себе ущерба, работая на высоких «пульсах». С ними другая проблема — сложность развить/раскрутить пульс до максимальных значений, чтобы было развитие МПК.

Читайте также:  Правила_бега_на_выносливость

Возвращаясь же к любителям, скажу, что, во-вторых, их надо завлечь, сделать так, чтобы им было интересно приходить на тренировки снова и снова. Основной метод – практически игровой. Побольше разнообразия в упражнениях. У любителей довольно низкая устойчивость к монотонности, как физическая (может произойти перегрузка суставно-связочного аппарата), так и психологическая. В отличие от профессионалов-марафонцев. Хотя марафон без монотонной работы сложно себе представить.

— Что значит, «развить/раскрутить пульс до максимальных значений»? Разве для этого не достаточно просто бежать быстрее?

— У профессиональных марафонцев к определенному моменту развивается ярко выраженная рабочая брадикардия, и достижение максимальных показателей пульса, на которых и можно работать над развитием более высоких скоростей, становится довольно проблематичным. И получается, что в тренировках они переходят на так называемый «кат». То есть не бегут, а катят. В отличие от бега, при «кате» спортсмен выходит на комфортный для себя ритм (зону пульса), который может поддерживать довольно длительное время, и так катит. В технике бега при этом уменьшается амплитуда движений, то есть выноса маховой ноги, отталкивание становится не таким интенсивным. Другими словами, техника бега становится более экономичной. Потому что состояние уже устойчивое к высокой нагрузке, спортсмен привык и умеет распределять силы на длительное расстояние. Но этого недостаточно, а часто это даже тормозит выход на новый уровень результатов. И чтобы движения перевести с «ката» на бег, то есть в режим развития более высоких скоростей, с приложением хороших усилий, то спортсмену надо как раз сосредотачиваться, держать в голове какие-то элементы и на них концентрироваться. А это не всегда получается.

— Про элементы, на которых можно или нужно концентрироваться, расскажи подробнее?

— В развитии какого-то движения мы проходим несколько стадий. Сначала приобретаем определенные знания о том, как надо двигаться, затем переводим их в умение, то есть совершаем это движение осознанно. Например, выполняем различные беговые упражнения. По мере того, как мы их выполняем, у нас из умения развивается навык, то есть мы делаем упражнение заведомо правильно (если мы выучили его правильно), автоматически, не концентрируясь на технике. Почему и надо работать с тренером: навык разовьется в любом случае, а вот насколько он будет правильным, с точки зрения биомеханики бега, зависит от качественной обратной связи и правильного выполнения движения в ответ. Итак, навык становится достаточно устойчивым. Однако по мере утомления на тяжёлых тренировках или на марафоне навык переходит обратно в умение. Это такая физиологическая особенность. То есть я умею делать это движение, но организм подустал и перешел в режим экономичности. И мне приходится использовать уже это умение, чтобы «держать» необходимую технику: я концентрируюсь на определённых движениях за счёт приложения внимания. Это вынуждает тратить больше энергии, но и сохраняет или увеличивает скорость. Другими словами, выйти и «простоять на стопе» 1-2 км – это не проблема, а вот когда так надо работать в течение 10 км – это уже физически тяжело. Хотя, по сути, если встать на стопу, скорость увеличивается, но и утомление развивается быстрее. Поэтому надо, чтобы и навык был устойчивый, и сил было достаточно, чтобы сохранять движение в стадии умения.

— Ты говорил, что для развития сердечно-сосудистой системы надо тренироваться на пульсе, условно, 140-145 ударов. Мне кажется, это очень обобщенно. Насколько я понимаю, у каждого свои зоны развития миокарда. К тому же сейчас не проблема сделать такое обследование, чтобы узнать эти зоны. Что имел в виду ты, когда усреднил пульсовые показатели?

— Я сказал, что этот средний показатель наиболее массовый. Во-первых, не каждый человек делает газоанализ. Не знаю, насколько часто ты сама делала расчет этих зон. Если есть такая возможность, конечно, наиболее правильно было бы сходить в лабораторию и провести это исследование под нагрузкой. Но эти показатели меняются в зависимости от состояния организма. Когда ты входишь в форму, показатели одни, когда ты не тренированный в данный момент времени — другие, когда на пике формы — третьи, ну, и от образа жизни, конечно, пульс зависит. Все это будут все равно разные показатели. 140-145 – это в основном связано с коронарным кровообращением: это когда сердце питает само себя, и происходит это именно на этом пульсе – не выше. У нас есть два круга кровообращения, основные – большой и малый. Третий круг кровообращения рассматривается крайне редко, поэтому его мало кто знает. А это как раз коронарное кровообращение, когда кислород доставляется к работающему сердцу как к главной мышце. При длительной работе в восстановительной зоне мы как раз в большей степени тренируем сердце, стенки миокарда укрепляются, оно растет само и увеличивается его ударный объем, оно становится гипертрофированным. И уже в большей степени готово к работе на повышенных оборотах. И параллельно совершенствуется вся сосудистая система.

Читайте также:  Виноград_польза_или_вред

— В одном интервью ты рассказал, что перед установлением рекорда России на марафоне в Дублине ты почувствовал, что ноги очень лёгкие и пошёл гулять. В результате 4-часовой прогулки накануне – 2:09.07 на марафоне. То есть если бы ты не пошёл гулять, то пробежал бы тише. Так?

— Перед стартом забегов на длинные дистанции очень часто спортсменам желают лёгких ног. Но как раз это пожелание и неправильное. Лёгкие ноги, как правило, пустые. В них нет силы, энергии. Это не значит, что они всегда должны быть тяжёлые и неподъёмные. Но спортсмен должен бежать и ощущать свои мышцы. Поэтому правильно было бы пожелать «сильных ног». Правильно бежать и ощущать все своё тело, и любой сигнал из мозга должен отдаваться хорошей иннервацией мышц. Если вернуться к моей прогулке в Дублине, то в тот момент я, конечно, рисковал: можно было перегрузиться и вообще не добежать. Тем не менее я проэкспериментировал – и всё удалось!

— С точки зрения физиологии можешь как-то объяснить этот процесс?

— Думаю, это связано с током крови. Кровь при неинтенсивной, но длительной нагрузке в вертикальном положении прилила к конечностям, сосуды расширились и на марафоне организм получал дополнительную подпитку в виде кислорода в мышцах ног. Не путать с отёком!

— Как долго ты «отходил» от марафонов? Сколько дней не бегал после? Я, например, через неделю уже не могла сидеть на месте, мне уже хотелось бегать.

— Всегда по-разному. В молодые годы, еще когда учился, нам вообще не давали времени на отдых. Мы приезжали с марафона, с чемпионата России, и у нас сразу же были старты на Вооруженном округе: бежал 10 и 5 километров. Плюс еще чемпионаты вузов, где выступали и на «трешке», и на «полторашке». А бывало, что и стипль бегал. А потом уже, с возрастом и когда накопилась определенная усталость, и нет такой потребности, бывало, что приезжал и мог до месяца, в принципе, отдыхать.

— А как определить потенциально способного марафонца? Ты как-то сказал, что у тебя антропометрические данные средние, но ты умеешь терпеть. Умение терпеть – это сила воли, другими словами?

— Да, думаю, что именно сила воли. По поводу того, как определить, марафонец или не марафонец – это, пожалуй, сложно. Я считаю, что каждый человек способен бежать довольно быстро марафон. Вопрос в том, что у каждого «быстро» свое. Но в то же время всегда есть исключения, поэтому кого-то списывать конкретно я бы никогда не стал. Тут как раз лично для меня интереснее работать с людьми, у которых есть огонь в глазах. Есть такое хорошее выражение из фильма «Огненные колесницы»: «с огнем в груди, с крыльями на ногах». Вот иногда смотришь – может спортсмен бежать даже не в лидерах, где-то сзади, но ты видишь его желание, что он хочет, стремится бежать! Вот с такими людьми интереснее гораздо работать, в них интересно вкладывать частичку себя, частичку души. А когда люди даже при хороших результатах бегут и не знают, зачем это вообще надо, приевшиеся, пресыщенные, тут даже интереса работать с ними нет, честно говоря.

— Я всё-таки хочу вернуться к силе воли. Как поддерживал себя, когда становилось тяжело на марафоне и когда не хотелось выходить на тренировку? Поделись опытом.

— Такая ментальная работа всегда должна проводиться. Когда я ещё бегал в очень сильной на тот момент группе Е. В. Шадрина, у нас был довольно ровный коллектив в плане результатов. И вопрос о том, чтобы выходить на тренировку или нет, у нас отпадал из-за фанатичности и внутренней конкуренции. Плюс, тренер всегда внушал: «Где ты дал слабину – там соперник сделал усилие, и это выльется потом на финише: секунды может не хватить». Так случилось в 2002 году на дистанции 30км: я проиграл сопернику 1 секунду на финише. Призом за первое место было звание чемпиона страны и машина.

И слова, которые двигали вперед , всегда были. Кто-то называет их мантрой, для меня это просто сильные слова. Они могли возникать самостоятельно или из книг, таких же сильных. Часто просто проговаривал: «Хочу! Могу! Должен!» Хочешь достичь успеха/результата? – Хочу! Можешь? – Могу! Значит, должен! Не в смысле должен кому-то, а потому, что хочу и могу, и значит, силы и возможности есть или будут. А вообще, одно из самых сильных выражений, которое идёт со мной по жизни и которого я до сих пор придерживаюсь, я прочитал однажды в книге Юрия Власова «Справедливость силы»: «Я жизни изменяю волей!» Эти слова были нацарапаны на его тренировочной штанге. В спорте, вообще, в большинстве случаев на любом уровне добиваются чего-то не благодаря, а вопреки. Поэтому я всегда задавал себе вопрос: «А чего я добьюсь, если дам слабину?» После этого желание, например, сойти с дистанции, что я считал для себя, в принципе, неприемлемым, отпадало напрочь.

персональный сайт
тренера по бегу елены соколовой

Пожелания марафонцу

Конжак вдали, маршрут уж манит,
Вершину нужно покорить.
Но, главный приз соревнований –
Себя сегодня победить!

Свою дистанцию осилить,
Пешком идти, или бежать…
Немало приложив усилий,
Заветной цели достигать!

И пусть сегодня ты не первый,
Возможно, вдруг – последний ты.
Но есть энергии резервы,
А значит, сбудутся мечты!

И впереди минуты славы,
Награды все тебя найдут.
И ждёт тебя твой самый главный,
Ещё не пройденный маршрут!

Ссылка на основную публикацию
Что_поесть_на_ночь_без_вреда
Что можно съесть перед сном Что можно съесть перед сном Старое правило «не есть после шести» не работает. Последний приём...
Что_нужно_девушке_для_счастья
Что нужно девушке для счастья Сейчас большинство парней пытаются найти ответ на вопрос что нужно девушке для счастья, что бы...
Что_нужно_делать_чтобы_были_скулы
5 способов сделать скулы на лице Здравствуйте. Все модницы сегодня убирают пухлые щечки, чтобы соответствовать модному течению. Как сделать скулы,...
Что_поесть_на_обед_при_диете
Обед для похудения: совмещаем питательность и низкую калорийность в главном приёме пищи Есть диеты, в которых отсутствуют завтрак или ужин,...
Adblock detector